Заслуженная артистка России Мария Миронова рассказала о работе над вторым сезоном сериала «Доктор Рихтер»


Марии Мироновой в сериале «Доктор Рихтер» досталась непростая роль. Она играет бывшую жену знаменитого доктора — Стасю. В первом сезоне ее героиня появилась в последних сериях — самых драматичных, когда и открылась правда о самом Рихтере. Оказывается, много лет назад его жена дала разрешение на проведение экстренной операции мужу. Жизнь доктора коллеги спасли, но теперь он хромает и вынужден постоянно пить обезболивающее. По сюжету Рихтер не простил жену, и они расстались… Но, как догадывается зритель, все еще продолжает ее любить… И как профессионал не смог отказать в помощи новому мужу Стаси, которого играет Михаил Пореченков.

О том, как шла работа над проектом, какие новые интриги приготовили для зрителей создатели сериала, есть ли шанс у Рихтера разрушить любовный треугольник и вернуть любимую женщину — нам рассказала Мария Миронова.

Интервью с Марией Мироновой

Мария Миронова продолжила династию. Дочь Андрея Миронова и Екатерины Градовой добилась признания своим талантом и трудом

— Мария, в первом сезоне вашей героини зрителю явно не хватило. Хотелось побольше узнать о том, что у них за отношения были в прошлом, какие сейчас, нюансы общения, и так далее… В этом сезоне у зрителей будет такая возможность – поближе познакомиться со Стастей?

— Изначально, еще на съемках первого сезона, планировался сразу и второй. Поэтому не только в российской версии сериала, но и в американской жена доктора Рихтера – это персонаж, который играет во втором сезоне, а в первом только появляется. То есть, так было задумано. Но мы второй сезон стали снимать только минувшей весной, то есть, чуть позже, чем планировали. Поэтому и разрыв между первым и вторым сезоном оказался чуть больше.

— То есть, сюрприза для вас не было, когда пригласили сниматься в продолжении?

— Нет, не было. Тем более, что в первой части линия моей героини осталась незаконченной, до конца не понятной. Ее появление в последних сериях – это как раз заявка на вторую часть истории.

— Актеры, которые играют врачей в «Докторе Рихтере», признаются, что медицинская тема не так легко дается – специальные термины, названия болезней и лекарств, где-то даже приходилось учить сценарий, как учебник медицины. А вам как ваша роль далась?

— У моей героини вообще нет медицинских терминов — у меня все про любовь! Было немного юридических терминов, потому что Стася — юрист. Но, слава Богу, их не так много.

— Вам эта профессия к лицу, надо сказать…

— Возможно, но после «Садового кольца», где я сыграла психолога, меня исключительно зовут на психологов.

— Комфортно ли работать с такими «киномужьями», как Михаил Пореченков, Алексей Серебряков?

— Да, конечно, я их очень люблю, они очень комфортные партнеры! И Миша Пореченков, и Леша Серебряков — мы еще в первой части как-то быстро нашли общий язык. Сейчас, когда было уже достаточно много съемочных дней, тоже все прошло замечательно. Вообще, у нас очень хорошая подобралась команда на этом проекте. И с режиссером Андреем Прошкиным тоже большая радость работать, он как раз основную часть моей линии снимал.

— Интересный факт: все коллеги отзываются о Серебрякове как о человеке душевном и легком в общении. А журналисты считают, что Алексей Валерьевич — человек настроения, и редко бывает расположен к общению. Наверное, не любит он все-таки журналистов…

— Не исключаю, что журналисты и обо мне отзываются не очень тепло, говорят, что со мной сложно общаться. Если человек не до кона открыт и не занимается самопиаром — конечно же, он тут же становится сложным. Есть люди — такие, как Серебряков — которым нечего доказывать. И я их очень уважаю. Серебряков ни на одну йоту не занимается самопиаром, и у него огромное чувство достоинства – и в кадре, и в жизни. И человек он – отменный!

— И смелый: говорит то, что думает…

— Мне кажется, что это норма, нет?

— Но мы всё дальше от нее…

— Возможно. Но говорить то, что думаешь – это не подвиг, а вот жить в соответствии со своими принципами, достойно – это гораздо сложнее…

— Есть надежда, что доктор Рихтер простит свою бывшую жену за то, что она когда-то дала согласие сделать ему операцию, когда он был на грани жизни и смерти?

— Ой, это вопросы к Стасе! (Смеется.) Я только знаю, что в конце фильма герой Серебрякова по-прежнему мучается по моей героине.

— А вы как думаете: правильно ли поступила Стася, когда дала разрешение на операцию, которая лишила ее мужа шанса иметь здоровую ногу?

— В той ситуации в ее понимании другого варианта не было. Не знаю, как тут судить ее за это. Я вообще в последнее время стараюсь не судить ни людей, ни персонажей. Моя работа — и актерская, и личностная — заключается в том, чтобы оправдать, а не в том, чтобы осудить.

Интервью с Марией Мироновой

Прямого намека на чувства между бывшими супругами в картине нет, но зрителя не обманешь!

— По сюжету Стася с мужем, которого играет Михаил Пореченков, снова возвращаются к доктору Рихтеру. Почему?

— Потому что он — выдающийся врач, к которому приходят толпы пациентов. И когда есть сложная и запутанная ситуация, как у нынешнего мужа Стаси — нужен именно такой врач, который эту ситуацию распутает, а не запутает еще больше. Нужен реально хороший врач.

— Для своей семьи нашли таких врачей, которым доверяете и которые всегда придут на помощь?

— Таких врачей единицы, но они, конечно, у нас есть, слава тебе Господи! Но если говорить о том, как в целом поставлена работа нашего здравоохранения — то вопросов, конечно, больше, чем ответов… Да, бывает, что приходишь к врачу с одной проблемой, а уходишь с несколькими… И еще умудряются водить тебя по кругу, заставляют бесконечно сдавать анализы, а диагноза так и не ставят. А есть врачи, которые спокойно решают твои проблемы, как Рихтер в кино. Есть такие врачи. Вот они, конечно — на вес золота!

Интервью с Марией Мироновой

Стася научилась не замечать сарказм и черный юмор Рихтера

— Вы служите в знаменитом театре «Ленком». Что нового в этой сфере вашей жизни?

— Так сложилось, что у меня абсолютный «год кино». С весны я уже снялась в семи проектах, и есть еще незаконченный проект в Англии. Да, еще у Клима Шипенко в Москве снимаюсь в лирической комедии «Холоп». Поэтому нужно разобраться с кино, а дальше уже думать про театр. Я люблю работать подробно, основательно, но, когда много разных костюмов и образов — ты постоянно переодеваешься и просто не успеваешь сосредоточиться. Но вот такой у меня год – год кино!

— Новый фильм с «Квартетом И», где вы тоже играете, сняли?

— Да, он называется «Громкая связь» и выходит в феврале. Уже первый трейлер появился. Крошечная, но очень интересная работа была в картине «Миллиард» у Ромы Прыгунова, я тоже жду ее выхода. У Сарика Андреасяна снялась в детском кино с Володей Вдовиченковым и Костей Лавроненко – это моя первая работа в проекте для детей… То есть, много было всего. Поэтому на театр физически не оставалось времени. Театр – это ведь каждодневные репетиции. Есть реальность: съемочная смена может длиться двенадцать часов, и если все дни заняты, то нет никакой возможности что-то репетировать в театре…

— Расскажите о вашей работе в благотворительном фонде «Артист», где вы являетесь одним из соучредителей.

— Недавно наш фонд отметил юбилей – десятилетие. Это важное событие — все-таки десять лет работы, и много мы за это время сделали, и продолжаем делать. Конечно, на это тоже нужны определенные силы…

— Благотворительные проекты, как правило, становятся частью личной жизни — если это не формальная организация. Невозможно не отдавать душевные силы и оставаться благотворителем…

— Без души точно ничего не получится. В любом случае ты каждый раз переживаешь и волнуешься. Тем более, что у нас был не просто юбилей и концерт в «Геликон-опере», ему посвященный — у нас была премия, и мы привозили из разных уголков страны наших актеров-ветеранов, которых поздравляли, чествовали. Для меня это была самая важная часть юбилея. Нас поддержали многие замечательные люди — артисты, которых увидеть на одной сцене вместе практически не реально – это и Диана Вишнева, и Алиса Фрейндлих, и Вячеслав Полунин… Было красиво и душевно. И наша премия – это не просто значок или грамота — это и денежные гранты, поддерживающие наших ветеранов. Это тоже очень важно. А в театр я, конечно же, вернусь через какое-то время. Надеюсь на это!

— Как сохранить силы на всё? Те же съемки – это же переезды по стране, ранние подъемы, многочасовые смены и так далее…

— Слава Богу, больших переездов не было. К Климу Шипенко я ездила 700 километров туда за рулем и 700 обратно. Многие съемки проходили в Москве. «Доктора Рихтера» полностью в Москве снимали. И смешно получилось: «Громкая связь» снималась чуть позже, чем «Доктор Рихтер», в одном и том же здании. И я отснялась в «Рихтере» в основной своей части, а дальше в другом костюме снималась в «Громкой связи» в соседнем павильоне. И периодически мы встречались с Серебряковым, который еще снимался… В общем, с локациями в этом сезоне мне повезло.

Интервью с Марией Мироновой

На съемках второго сезона сериала «Доктор Рихтер» с Виталием Хаевым, который играет онколога

— Ваш сын Андрей смотрел первый сезон «Доктора Рихтера»?

— Я не знаю, надо у него спросить. Но не обсуждали сериал, это точно…

— Андрей тоже выбрал профессию актера. Какие у него успехи?

— Это к нему вопрос! Знаю, что у него премьеры одна за другой, но пусть он об этом сам уже рассказывает.

— Он дает, кстати, интервью?

— Один раз дал — и зарекся это делать. Какой-то «желтой» прессе, которая представилась совсем другим изданием, долго рассказывал о Рембрандте, о Ван Гоге, еще о каких-то изумительных художниках. Ничего, естественно, про это они не написали, а написали какую-то ерунду. Я его успокоила, как могла, сказала: «Андрюша, все через это проходят!» Но теперь у него — свой опыт, и он пока побаивается общаться с журналистами.

— Новое поколение актеров отличается от тех, кто чуть раньше пришел в профессию? Или базовые принципы остались без изменений?

— Какие-то различия есть, конечно — как и свои плюсы, и свои минусы. Плюс – молодежь более адаптирована и свободна в этом времени. Их психика более открыта для профессии. Они могут себе позволить гораздо больше, чем наше поколение. А минус — в том, что все становится более поверхностным. Они не выросли поверхностными, а, скорее всего, стали такими, потому что это — запрос времени, самой нашей индустрии. Сейчас не нужны более глубокие артисты, и молодежь реализует то, на что есть запрос. Ее нельзя винить за это. Но безусловные личности есть в каждом времени, в любом поколении. Их единицы, и им очень тяжело. Потому что, если ты вдруг решишь работать так, как работает гениальный Александр Сокуров, который один такой, и он личность — то ты, в отличие от Сокурова, так и будешь что-то творить где-то у себя на кухне. Если сам Александр Николаевич Сокуров, великий человек, внутренне чувствует меньшую востребованность и меньший зрительский интерес — то что будет чувствовать тот, кто только пробивается в этой профессии?..

Интервью с Марией Мироновой

Андрей Александрович Рихтер делает все, чтобы никто не заметил его душевных переживаний

— Планы на новогодние праздники уже есть? Получится отдохнуть?

— Ой, нет… Мне надо досняться в декабре в одном из проектов, и еще есть планы, связанные с «Идеальным ремонтом». Я сейчас дружу с этой замечательной программой. Понимаю, что ремонт идеальным не может быть по определению, но я благодарна передаче за то, что она взяла на себя основной удар и таким образом сберегла мои нервные клетки, которые я потратила бы на ремонт… Огромное спасибо им за это!

Фотографии Вадима Тараканова и пресс-службы телеканала «Россия»

Мария Миронова: «Моя задача — оправдать, а не осудить» опубликовано: Ноябрь 23rd, 2018 авторство: Мадам Зелинская